Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

Баташев Анатолий

Мужики спасают Акатово

В Акатово в эти дни проходит уникальная спасательная операция. Почему уникальная? Во-первых, прорывы канализационных коллекторов с полным выходом из строя на столь долгое время - крайне редкое явление. Во-вторых, обычно любой прорыв достаточно просто локализовать и залатать. Здесь же совпало несколько негативных факторов, превративших ситуацию в чрезвычайную для Восточного Подмосковья.

Вечер и ночь с вторника на среду провел на месте прорыва Фенинского коллектора. Не смотря на поздний час на месте аварии находились из городского руководства Михаил Михайлович Костышак, начальник управления ЖКХ Балашихи, и Павел Иванович Ржевский, директор балашихинского водоканала. Непосредственно на месте прорыва работало до 15-20 человек. Еще 20-30 работали выше, занимаясь перекрытием дюнкера. Был на рабочих местах и персонал очистных сооружений Мортона.

Труба коллектора находится на глубине одного метра под землей. Подобраться к ней - непросто. Надо убрать грунт экскаватором и откачать воду, чтобы появился доступ к трубе. Труба похожа на латы старинного богатыря. Чем-то она напоминает огромный хвост василиска из саги о Гарри Поттере. Почерневшее от времени и земли железо, много лет пролежавшее в грунте. Экскаваторщик работает очень деликатно, будто на скрипке играет. Аккуратно поднимает землю то с одной стороны трубы, то с другой. Это только кажется, взял экскаватор и раскопал. Каждое движение - словно произведение искусства, а для руководства "Балашихинского Водоканала", наверное, еще и повод для приема валидола в лошадиных дозах. Одно неверное движение, и кирдык старой трубе.

Чтобы откачать воду, привезли 8 больших насосов. Трое насосов установили возле точки прорыва. Один насос на дальнем дюнкере и четыре на ближнем. Дюнкеры (большие люки) находятся на территории нынешних Акатовских очистных сооружений, но они относятся не к очистным, а к Фенинскому коллектору. Главная проблема была в том, что задвижка-заглушка, которая должна была перекрывать поток - она не работала, застряла. Весь механизм - давно прогнил. А задача была простая - чтобы подобраться к трубе и установить латки, надо сначала перекрыть поток. Т.е. непосредственные ремонтные работы можно было начать только после отключения коллектора и освобождения трубы. Поток же мутный, стремительный, тяжелый густой запах. Напор мощный. Новую заглушку быстро не поставишь, решено было использовать "грушу". "Груша" - это такой резиновый прибор, который опускается в трубу коллектора, далее в него накачивают воздух и он, превращаясь в шар, перекрывает трубу. Первую "грушу" - немецкую - привезли в понедельник. Но операция провалилась, напор в коллекторе был столь сильный, что грушу сорвало и разорвало. Ее протащило несколько метров, где она застряла на решетках внутри следующего люка. Остатки немецкой груши достали и выбросили. Следующую грушу везли из Москвы, уже словацкого производства. Во вторник, примерно в 18:00 грушу завели в коллектор и начали надувать. Большая часть потока была перекрыта.

Поясню. Груша такого большого размера - это редкость. Подобный прибор используется при экстренных ситуациях, обычно на меньших трубах. А когда диаметр трубы аж 1 метр и по ней самотеком хлещет поток огромной силы, то бороться с этой стихией похоже на попытки остановить лавину. Сама-то груша стоит недорого, но чтобы найти соответствующий размеру трубы прибор пришлось побегать.

Но перекрыть аварийный коллектор мало. Нужно сразу было организовать из заблокированного участка откачку воды. Ведь напор и течение никуда не делись, блокада могла привести лишь к тому, что вода начнет вырываться из люков. Соответственно фекальная река появится, но в другом месте. Поэтому к дюнкеру, который блокировали, протянули шланги и установили мощные насосы. Четыре насоса обслуживали блокируемый дюнкер, а еще один, установленный на трейлере, качал воду с верхнего дюнкера. Вся техника работала на дизельных моторах, либо была подключена к генераторам. Техники было много. И два подъемных крана, и бульдозеры, и автомашины... Но даже сверхмощные насосы не справлялись. Река фекалий текла куда большая, чем прогнозируемый объем 1,5 тыс. кубометров в час. К тому же время (вечер) это традиционный час-пик, когда весь город активно моется, стирает, соответственно нагрузки на коллектор сильно возрастают. Тем не менее решение перекрыть коллектор именно в час-пик было верным, ибо на откачку и сток воды требовалось несколько часов, а когда наступает минимальная ночная нагрузка, то и работы вести проще. При перекрытии в 18, доступ к трубе для начала ремонтных работ у рабочих появился лишь примерно к 22-30.

На площадке царила деловая, молчаливая атмосфера. Команд никто не давал, все четко знали, что нужно делать. Координацию вел Павел Иванович Ржевский, порой напоминая молнию. Операция же непосредственно на месте прорыва велась под руководством седовласого инженера. Ему этой ночью должно было стукнуть шестьдесят, но он организовывал действия на месте аварии, лично сваривал металлические чехлы-хомуты. Чехол - это длинный узкий лист из металла. На вероятное место прорыва на металл кладется прорезиненная прокладка, что должно помешать течь. Дальше чехол (хомут) надевается на трубу и затягивается болтами.

Наступила ночь. Площадку освещали два мощных прожектора и огни фар бульдозера. Горели фонари, а внутри станции также работали прожекторы. Группа из 5 человек одела специальные непромокаемые брезентовые костюмы и готовилась спуститься в сердце жижи, чтобы установить хомуты на трубу. Ее страховала команда на берегу. Часа через полтора после спуска груши, включились насосы на месте аварии, и вскоре показалась труба. На ней было видно 6 латок, установленных в пятницу, когда всему городу отключали воду. В этот раз откачка производилась под действующим напором. Шланги, спущенные в яму, были очень тяжелые. Чтобы их передвинуть, приходилось задействовать экскаватор. Экскаваторщик ковшом нежно-нежно цеплял шланг, дабы ненароком не повредить, словно заботливая слониха хобот любимого слоненка, аккуратно переставляя на нужное место. Каждый шланг был связан канатом с "большой землей" и мужики от одного до четырех, в зависимости от сложности задачи, тянули канат, чтобы переставить его в нужное место. Иногда шланг (труба 10-15 см. диаметром) забивался землей и корнями растительности. Приходилось доставать, прочищать. У каждого насоса было свое имя: "большой", "маленький", "трактор" - и хотя большой и маленький насосы были одинаковые, их включение и отключение напоминало игру на пианино. Один насос качал лужу с одной стороны трубы, другой с другой. А насос на тракторе потом пришлось срочно перемещать к группе верхних насосов, чтобы не допустить разлива воды из дюнкера.

Ребята долго готовились, чтобы зайти в жижу. Ведь ресурс для работы в жиже - ограничен. Дыра, которую предстояло заделать, показалась на поверхности: внизу трубы было видно, как поток из нескольких мест идет в бок. Но подбираться пришлось непросто. Экскаватор все вычерпывал и вычерпывал жижу. Специфика была в том, что труба была старая и аварийная. Когда она лежала в земле, то опиралась на грунт, который ее обволакивал. Когда же грунт вокруг трубы убирали, то благотворное внешнее давление исчезало, а внутреннее сохранялось. А поскольку толщина трубы в отдельных местах была уже с фольгу и меньше, неудивительно, что результатом раскопок становился риск новых прорывов.

Пока экскаватор деликатно расчищал место аварии от ила, а мужики тягали хоботы насосов словно огромных обожравшихся удавов, пару раз сходил на верхний дюнкер. Там драматизма было не меньше. Огромные привезенные насосы гудели от натуги, выкачивая потоки. Рукава шлангов были полными, раздувшимися, напоминая битцепсы богатырей. Поскольку рукавов не хватало, то часть воды сбрасывалась не напрямую в речку Чернавку, а прямо на ландшафт за дорогой и валом, на место где должна была строится вторая очередь Акатовских очистных сооружений. Вода в трубе все прибывала, в час-пик нагрузка на коллектор запредельная, вот и мощностей переставало хватать. В какой-то момент река стала переливаться из дюнкера. Все это напоминало прекраснейший водопад, десятки струек падали с квадратной конструкции. И если не знать, из чего струйки, не дышать запахом, то можно любоваться красотой столь же долго, как водопадом Гидмыхш. Тем более, что все это подсвечивалось прожекторами. Рабочие в несколько рук тянули новый шланг, а я, стоя на поверхности дюнкера (переливать стало на моих глазах), вдруг подумал... что какие-то насосы (два супернасоса) на дизеле, а какие-то (еще два) запитаны электричеством от дизель генераторов, и если вода затопит провода и перемкнет... что я вообще делаю этой ночью на бункере.

А делал неприметную работу. Разбирался в аварии, смотрел на логику действий людей в условиях масштабной техногенной катастрофы, оценивал те решения, которые принимались, слушал различные версии случившегося. К чести сказать, представители власти весьма отрыто говорили о причинах и о технологиях. Много, конечно, рассказали и работяги, и технологи. Первая причина, что местная власть весь постсоветский период работала не только на город, но и на карман. К канализации подключались все новые микрорайоны, но в технических условиях подключения не прописывались вложения в капитальную инфраструктуру, как предписывалось законодательством. Разумеется, по слухам, подключение было небесплатным, но деньги шли конкретным чиновникам. Любимым обсуждением работяг были голуби из голубятни одного из бывших градоначальников, по 15 тыс. евро штука. Не знаю, кто этот слух запустил (уж больно неправдоподобный), но факт остается фактом: одни в итоге голубей разводят, а другим теперь в коллектор нырять. Другая причина в том, что труба регулярно засорялась промышленными сбросами. То нефтепродукты в нее закидывают, то оцетона зальют (который вступает в агрессивное взаимодействие со стенкой трубы), а в последнее время, кто-то повадился сбрасывать в канализацию тканиевые волокна. Мусор забивает дюнкера, что приводит к нарастанию давления в трубах. Кстати, Николай Алексеевич Скороход сказал, что попросит полицию провести расследование того, кто делает засоры. Третья причина в том, что Акатовские очистные сооружения, на строительство которых все возлагали надежду, неспособны все время забирать по 40 тыс. кубов из коллектора. В день аварии по причине плановых технических работ забиралось, по разным оценкам, лишь 20-30 тыс. кубов. В теории это не должно было повлиять на коллектор. Но если из 75-80 тыс. кубов, забирается лишь двадцать, значит, уже происходит полуторократное возрастание нагрузки на Фенинский коллектор. Будь бы труба новенькой, не было б никакой разницы, но поскольку труба изношена - это тоже небольшой фактор. Впрочем, страшно даже представить, что произошло бы в Акатово, не будь там мортоновских очистных. В дни после аварии они работали с повышенной нагрузкой, принимая до 60 тыс. кубов, что минимизировало сброс неочищенной воды. Собственно и строились они под прицел 80 тыс. кубов. Тем не менее при всем многообразии "подводных течений" - главная причина аварии одна, коллектор уже дважды выработал полностью свой ресурс. Труба не должна была действовать больше 25 лет. А она проработала 52 ! Коллектор проложили еще при Хрущеве, безобразно перекопав окружающий лес. Строили, невзирая на плывуны, не обращая внимания на эстетику. Закладывали трубу в весьма агрессивную заболоченную среду. Но строили - великие инженеры прошлого. Труба пережила самые сложные времена экономической разрухи, не дала течь, служила верой и правдой долгие годы. И она не требовала много внимания к себе, все текло самотеком, подчиняясь неким законам физики. Но физику с химией не обманешь. Рано или поздно коллектору должен был настать конец.

Власть приняла единственно верное решение. Заменить вышедший из строя участок трубы новым. Решение было принято в кратчайшие сроки, в условиях нехватки проектной документации и последних данных о состоянии грунтов. Такое решение, конечно, мог принять только исключительно опытный и умелый хозяин. Неопытный бы сосредоточился только на латании дыр. А дыр получилось несколько. Одна большая дыра, где идет основной прорыв, и несколько мест подтекают, две точки, откуда также сочится протечка, пока просто присыпаны. На деле таких точек может быть больше, ведь мы не знаем, что происходит с трубой под землей. Неумелый, даже понимая, что надо менять всю трубу, не смог бы изыскать на это достаточных ресурсов и сделать замену в столь сжатые сроки. Понятно, что власть тоже состоит не из волшебников. Привезли те трубы, что оказались под рукой, диаметром 63 см. Коллектор, напомню - метровый. Но этого должно хватить, учитывая, что коллектор не заполнен до конца (вверху есть воздушная подушка), а также то, что забор канализации будет проходить через насосы. Но и тут много нюансов. Самый простой и безобидный, а откуда заводить электричество для насосов, хватит ли мощности? Справятся ли два насоса, которые предстоит установить или все же придется строить насосную станцию. Ведь если для перекачки нужно два насоса, то требуется иметь и резервный насос. А то техника имеет свойство выходить из строя. Например, насосы очень любят наматывать женские колготки, которые некоторые дамы зачем-то спускают в унитазы. Люди не понимают, как устроена канализация и часто кидают туда все, что ни попадя. Свой вклад вносят и черные ассенизаторы, которые незаконно сбрасывают в колодцы содержимое выгребных ям, а также недобросовестные промпроизводства... Но это тоже надо уметь! В дни аварии на участке с выпученными глазами ходили представители подрядных организаций, которых привлекли по звонкам. Ведь деньги неизвестно, когда поступят, а работу надо сделать немедленно и большими мощностями. Трубы поставить, насосы. За первые два-три дня был собран участок в лесу возле Акатово.

Возвращаюсь, на место прорыва. Люди готовы. Первый из ремонтников спускается в яму. Оценивает состояние трубы. Дальше следуют короткие реплики. Насосы ревут. Первые действия связаны с точечной настройкой откачки. Чтобы максимально откачать из ямы воду. Экскаватор то там, то тут подчерпывает жижу. Следующие действия связаны с локализацией мест прорыва и осмыслению как туда подобраться. Седовласый инженер наварил несколько хомутов. Искры от резки металла уже стали настолько привычными, что даже перестал на них внимание обращать. Инженер напоминает дирижера. Не кричит, не командует особо. Но неуловимыми знаками приводит всех окружающих в действие, подает нужный инструмент... И все спорится. Наконец, вся бригада спускается в жижу.

А вы пробовали поставить хомут на хлещущую трубу, стоя по пояс в жиже? Вот и у ребят все не сразу получалось. И дальше началось как в старых фильмах, где разведчики принимают огонь на себя. "Здесь копни, тут убери"... Экскаватор ковшом бережно, но решительно черпает жижу и глину. Все это напоминало некий танец людей и экскаватора. Ребята порой в последний момент уворачивались от ковша, не прекращая попыток пропихнуть хомуты. Не знаю, каково им было там - в канализационных стоках, отдающих порошком и стиранным вонючим бельем. Но снаружи было не по себе. Эти люди реально и очень сильно рисковали жизнью, работая рядом с ковшом, тут же шел ток. Бах.. отключились прожектора, остался лишь свет фар экскаватора... работа продолжалась.... Но случись что, ток ли, лопни груша, ковш... много факторов риска. Когда провалилась первая героическая попытка, один из работяг, самый грузный, вдруг сказал: "Сам я не выберусь, давай ковш". Он стоял по самую грудь в жиже, его засасывало. Ковш подали ему прямо к лицу, уцепился в него двумя руками, а дальше бережно-бережно экскаваторщик стал его поднимать... секунд 40-50 напряженного противоборства с жижей, и вытащили героя. И снова в бой. После десятка-двух черпаков, опять попытка одеть хомут: под трубой, куда ковш не пролезал, вычерпывали лопатой... Вот это герои, это люди, которые пишут историю, благодаря таким, город спит спокойно. В советское время их бы каждого представили б к государственной награде. В нынешнее время, возможно, мы даже не узнаем их имен... Про таких прежде говорили в стихах: "Многие парни высоки и крепки, многие носят футболки и кепки, много в столице таких же значков, каждый к труду-обороне готов". А ведь их подвиг - бессмертен. Подвиг всех тех, кто работал на ликвидации аварии. Они спасали реку, спасали природу, спасали город и спокойную жизнь в нем людей.

Танец людей и экскаватора продолжался несколько часов. Это была очень холодная ночь. Людям было непросто даже несмотря на спецовки. Я хоть и страсть какой закаленный, но даже я продрог до костей. А каково было тем, кто работал в этой жиже? Они напоминали восходителей на высочайшие вершины, когда каждый шаг в жиже дается с трудом, каждый жест в мокрой одежде, в зоне смертельного риска. Но они шли. За первым хомутом одевали следующий. Каждый хомут требовалось не только протянуть под трубой, что было исключительно непросто, но еще и добиться нужного сжатия, затянуть хомут болтами. Обеспечить герметизацию. В какой-то момент сверху стало казаться, что труба облеплена новыми хомутами как новогодняя елка. Как высокотехнологичная ракета в ангаре. Хомутов пришлось класть много. В перерывах, когда экскаватор черпал, инженер делал новые хомуты... Так вот незаметно и настал его день рождения. Я помню лица ребят, работавших в жиже. Невероятное сосредоточение, внимательность, все силы, энергия, концентрация только на цель. Если сравнивать их же в первое время, веселых, беззаботных, и нынешних... казалось, они прожили целую жизнь. Такие ситуации очень много дают человеку в плане внутреннего эмоционального роста. Некоторые говорят, а почему днем не всегда много рабочих. Днем спят, спят после тяжелейших таких ночей, по паре-тройке часов, чтобы вновь идти в бой. В следующую ночь им пришлось продолжать танцы, ибо опять в коллекторе были протечки, но уже меньшие. Каждое включение воды - это гидроудар для трубы, никогда не знаешь, выдержит или нет.

Я ушел где-то заполночь. В небе светила луна, было холодно, а спецоперация продолжалась до самого утра. Три часа сна. С раннего утра забежал в Храм Почаевской иконы Божьей Матери рядом с платформой Салтыковская, который в тот день торжественно освящали. А потом вновь в Акатово. Туда должен был прибыть губернатор. Собственно, я еще в воскресном видеообращении сказал, что масштаб беды таков, что руководству области важно побывать на месте аварии. Балашиха принимала чрезвычайные меры, и эти меры, безусловно, требовали одобрения руководства области. Городу нужна помощь, содействие, непростые решения. К восьми-девяти утра на место аварии приехало множество маленьких и больших начальников, ведущие специалисты различных подразделений. Прямо тут же в неформальной обстановке происходил интенсивный обмен мнениями, порой не без упреков. Но тут же находились какие-то решения, согласовывались действия, дорожные карты. Вместо множества совещаний и бумаг, все решалось глаза в глаза. Рядом присутствовал и актив жителей, включая Бориса Горюнова.

Непосредственному руководителю работ по ликвидации аварии замглавы Балашихи Николаю Алексеевичу Скороходу в этот день исполнилось 55 лет. Кто-то его поздравлял, кто-то вспоминал про день строителя, который толком не довелось отметить. Скороход шел от группы к группе, выслушивая, давая указания, спрашивая совета. Затем стало приезжать областное начальство - министр ЖКХ Московской области Евгений Акимович Хромушин, детально несколько раз обошел площадку, вникая во все детали, перед докладом губернатору. Он здесь уже был, поэтому мог оценить то, что было сделано, и фронт работ. Энергичный, жизнерадостный, сильный, профессиональный. Но Хромушин больше играл "доброго прокурора", а два его зама то тут, то там решительно бодрили местную публику. Особенно досталось смете: чем это обосновано, откуда такая цифра, откуда сякая. Балашихинские руководители и представители водоканала отвечали, обосновывали аналогичным опытом и работами и пр. Замы качали головой - здесь лишку хватили, а в этой части тотальная недооценка, почему думаете, что справитесь? А вот это предусмотрели? А это? А вот эти работы зачем? Договорились, что к вечеру четверга город представит подробную "дорожную карту" действий. Павел Иванович уже шатался от усталости и бессонных пяти ночей, взмолился, а можно в пятницу, это ж все писать, а мы тут аварию ликвидируем... Грозный взгляд министра, дескать кому это надо? Вам надо.

Жирков. Очень спокойный, доброжелательный. Масштаб проделанных работ был виден. Глава Балашихи тоже подробно переговорил с министром, настраивая на нужный лад, ведь именно министру предстояло показывать губернатору, что произошло и что сделано. Потом шел обходом от группы к группе. Глава решительно пресек попытки руководителей отдельных структур поябедничать друг на друга, мелочного перевода стрелок. Посоветовал смотреть в корень и видеть главную беду. Морально поддержал ликвидаторов, нашел добрые слова. Дал короткие, рубленные указания подрядчикам, обнадежил тех, кто особо тяжело вздыхал. К слову сказать, залогом успешной работы по ликвидации аварии стало то, что был задействован совместный ресурс водоканалов Железнодорожного и Балашихи. В Железнодорожном застройщики стонали, но все жесткие техусловия по подключению домов к коммуникациям приходилось соблюдать, была проведена модернизация коммунальной инфраструктуры. К слову сказать, из трех насосов, работавших на месте прорыва, два были от коммунальных служб Железнодорожного и лишь один от Балашихи. Город испытывал и, что греха таить, испытывает нехватку в необходимой коммунальщикам техники, но для Железки, купленные когда-то насосы уже много раз себя окупили, помогая быстро устранять небольшие аварии. Тем не менее новая власть Балашихи дистанцируется от аварии, не считает ее своей. Но вот методы ликвидации прорыва - это уже фирменный стиль новой власти, по принципу: "Нет худа без добра". Раз рвануло, значит, это повод заменить всю трубу, а не отдельные дырки.

Губернатор Андрей Юрьевич Воробьев прилетел на белом вертолете. Был большой десант областного руководства, включая вице-губернатора Наталью Сергеевну Виртуозову и др. Губернатор был настроен серьезно и доброжелательно. Министр показал ему дюнкеры, описал фронт работ, провел на место аварии. Губернатор поддержал действия местной власти, включая необходимость замены труб. Осмотрел сами трубы, взобрался на дюнкер, откуда ночью бил водопад. Выяснил, что в области таких потенциально супераварийных коллекторов пять, в т.ч. в Воскресенке-Егорьевске. Дал поручение ликвидировать экологический ущерб, почистить Пехорку. Встретился с жителями. Всего нас было пять-шесть человек. Главным докладчиком от жителей был Борис Александрович Горюнов, который указал на необходимость строительства локальных очистных сооружений и на то, что у людей из скважин-колодцев ушла вода. Один из ветеранов говорил о необходимости скорейшего принятие генплана, чтобы в нем была проработана вся схема водоотведения. Выступила и девушка, жительница Акатово, а также председатель балашихинской общественной палаты Лариса Евтушенкова.

Сам я говорить ничего не стал, хоть и мог. Ибо просьбы акатовцев были весомыми, не хотелось распылять внимание. Хотел сказать о героизме тех людей, что участвовали в ликвидации аварии, о той уникальной операции, свидетелем которой был, о том, что действия местной власти были правильными. Хотел попросить по лесу и по очистке реки. Но опять-таки, важно говорить именно по аварии и по существу вопроса. У меня не было претензий к власти, все, что можно было предусмотреть, сделать и запланировать, уже предусмотрели, сделали и запланировали. К тому же к чему автопиар, ночь была тяжелой, пожал руку губернатору, понял, что он с жителями на одной волне, что он четко понимает ситуацию, видит. Моя главная просьба была, чтобы он приехал. И он выполнил свою работу. Поэтому дать сказать тем, у кого есть что сказать, порой важнее тысяч собственных слов.

Губернатор выслушал, заверил, что ситуация с заменой коллектора будет у него на контроле. Пообещал, что местная власть проявит внимание к теме воды, попросил активней разъяснять эту тему людям. К слову сказать, за два дня до визита губернатора Николай Алексеевич Скороход на понедельничной встрече с жителями четко сказал, что воду и канализацию акатовцам проведут до конца года, мощности есть, что "Мортон" взял на себя эти обязательства. Что мощности, позволяющие подать воду жителям из водоканала - есть.

Диалог губернатора и жителей получился содержательным, а дальше состоялся подход к прессе. Андрей Юрьевич ответил на вопросы, в том числе и непростые. Описал ситуацию. Собственно, эта ситуация иллюстрирует то, в каком непростом состоянии ему досталась область. Но после почти трех лет губернаторства он уже не может просто так кивать на тяжкое наследие прошлого. Зато он показал, что раз проблема есть, власть способна ее эффективно решать, в том числе путем оказания помощи муниципалитетам. Сам приезд губернатора означает, что муниципалитет не останется в беде.

После Акатово губернатор вместе с мэром поехал осматривать новые районы Балашихи. На любую негативную новость в таком большом муниципалитете как Балашиха найдется и много позитивных, включая новую школу и построенный детский сад, красивые новостройки. Но большой улей тех, кто приехал, еще долго не расходился. Министр Хромушин давал поручения и установки. Представители различных коммунальных служб, городских и региональных властей общались между собой. Прорабатывали дальнейшие шаги. Я в свою очередь тоже пообщался с многими, ведь каждый из больших и занятых людей в какой-то момент оказывается в гордом одиночестве, наедине с собой. И, слушая их, порой ощущаешь себя как священник на исповеди. То, что держалось плотиной за крепкой стеной уверенности, вдруг прорывается. Все ж свои, все все понимают. Узнаешь много нового, но с другой стороны и сам что-то можешь подсказать, уточнить.

Дождался, что министр остался свободным, увлеченно беседуя с главным областным экологом Еленой Владимировной Гришиной из Общественной палаты. Вместе с Горюновым подошли, министр рассказал о мерах, Борис Александрович о тех решениях, которые он давно предлагал и вынашивал. Я по большей части слушал, но зато, когда министр развел руками, как же выполнить поручение губернатора по очистке Пехорки, сразу сформулировал предложение. Не надо поднимать все русло. Чуть ниже по течению есть большое озеро-водохранилище возле Леоновского шоссе, вот если его почистить с помощью земснаряда, это и людям будет хорошо, и экологии реки поможет. Конечно, это непростая операция, но и ущерб реке нанесен немалый. Вот к примеру уже за озером, на Кучинском водопаде уже который день стоит густая пена и кисельные берега. Та химия, что попадает в реку вроде не видна, но падая с высоты получается пенная шапка. Министр похвалил за идею, сказал, что это вполне рациональное и осуществимое предложение. А г-жа Гришина сказала, что готова провести заседание через неделю специальное заседание экологической комиссии общественной палаты Московской области с целью обсуждения ситуации в Акатово с приглашением ответственных лиц.

Часа через два после отъезда губернатора все стали расходится. Николай Алексеевич Скороход уезжал одним из последних, было видно, что большущий груз бюрократических поручений и контроля за работами обеспечит ему очередную бессонную ночь. Поздравил Николая Алексеевича еще раз с днем варенья и с днем строителя. Скороход лишь развел руками: "Я ж отпуск на пару дней взял, рыбу сегодня хотел половить, а теперь когда ж еще выходной будет". Спрашиваю, читал ли он мою предыдущую статью про ситуацию в Акатово. "Читал, все верно, но есть одна неправда. Вы пишите, что встречу с жителями Акатово организовывали Горюнов и Коновалова, но это ж я организовал, я всех пригласил, это была именно инициатива власти провести такую встречу. Ситуация серьезная, надо всех проинформировать". К слову сказать, чиновникам с жителями приходится работать много. К примеру, ранним утром приехал на большом внедорожнике владелец участка, через который планируется протянуть временную трубу коллектора. И с ним говорили все, от проектировщика до руководителя подрядной организации, от руководителя водоканала героического Павла Ржевского, до ключевых местных чиновников, а потом и Николай Алексеевич Скороход очень мягко и долго что-то человеку объяснял. А попытайтесь представить себя владельцем большущего участка, мини-олигархом с персональным озером, которому вдруг объясняют, что на ближайшие полгода-год по участку будет пролегать здоровенная труба, какие-то высаженные молодые деревья придется затронуть, почву разворотить, вкопать. А ведь трубу еще надо беречь, осторожно к ней относится, чтобы не повредить. Важно не только получить согласие, но и успокоить, правильно настроить, услышать другое мнение. Как и в случае с водой власть работает на опережение, стремясь решить проблемы еще до их появления. И хотя не всем тут нужна вода, древняя бабушка говорит, без нее жили и проживем, но водовод решительно повысит капитализацию участков. Хотя кадастровая оценка земли и, соответственно, непомерный земельный налог вызывают раздражение сельских жителей, о чем девушка из Акатово не пременула пожаловаться губернатору. Андрей Юрьевич дал поручение руководителям кадастровой палаты разобраться и переоценить участки тем, кто желает, если требование жителей Акатово сочтут справедливым.

А я еще вдоволь пообщался с Еленой Владимировной Гришиной. Рассказал ей про парк, про ту огромную работу, которую мы провели, почему важно почистить озеро, показал ей все на карте. Рассказал вместе с Борисом Горюновым про спецоперацию по ликвидации аварии. Состоялся обмен мнениями по многим экологическим вопросам.

Также немного поговорил с представителями "Мортона". Сергей Семенович Ганзюк, давний знакомый еще по борьбе за березовую рощу, и другие. Выслушал все эти именинные: "а мы ж предупреждали", "мы все время говорили об аварийном состоянии трубы", "если бы не наши сооружения, тут сложно было бы представить, что могло случиться". Да, все так. После аварии вновь зазвучали предложения по строительству второй очереди очистных сооружений, данная стройка была заблокирована после яростного осуждения общественностью. Позиция общественности в отношении второй очереди не поменялась, но вот понимания масштаба проблем и возможных последствий у всех сторон объективно прибавилось.

Подводя итог. Губернатор молодец, что прилетел. Сделал то, что должен был сделать губернатор. Приехал, поддержал, был очень позитивно настроен, не рубил с плеча, а конкретно помогал утверждать пути решения беды, ставил амбициозные задачи, вроде преодоления экологического ущерба Пехорке. Местная власть и коммунальщики выложились по полной. Причем каждый день беды, когда не удается перекрыть коллектор, невзирая на героические усилия ремонтников, уверенности чиновникам не добавляет, даже Жиркову. Но главное все понимают, что движение идет по правильному пути, что сделан максимум возможного про преодолению кризисной ситуации. А разговоры, чего раньше не дошли руки, не имеют особого смысла с учетом кадровой чехарды последних лет. Региональные чиновники решительно настроены сделать так, чтобы проблему в Акатово надежно закрыть раз и навсегда, помощь и ресурсы будут адекватным.

К среде размер протечки коллектора удалось сильно уменьшить, но еще шесть-десять дней ремонтные работы будут продолжаться в аврально-героическом режиме. А зимой будет проложен новый коллектор. Для общественности - тоже урок. Размер беды таков, что сразу забываются тактические прежние разногласия, тут уж хочешь не хочешь, а всем нужно работать в одной упряжке. А беда Фенинского коллектора - это лишь одна из многих больших проблем и стратегических угроз, которые сейчас предстоит решить в большой Балашихе. Но, кстати, именно помощь и подсказки общественности, в частности, внимательность и многолетняя непримиримая и неподкупная деятельность Бориса Горюнова, позволили не просто заметить беду, но и выделить адекватные ресурсы на ее преодоление.

Анатолий Баташев

Бульдозерный таран. Написали заявления и объяснения в полицию

Продолжаю рассказ про сегодняшний таран бульдозером. Решили довести дело до ума, написали заявления в полицию, большая группа товарищей была опрошена полицией и давала объяснения.

В момент, когда бульдозер пер на нас, страха не было, было осознание абсурдности происходящего и четкое понимание, что он не остановится. Скорость была высокая. Я стоял на линии ворот, кричал, чтобы он остановился. А он попер и даже не пытался с нами заговорить. Видя, что он не остановится, стал отступать назад и влево. Руками схватился за ковш, за железные выпуклые зубцы. Я уже был с краю, как он врезался в наших... Что всех спасло... Наверное зимняя одежда - дубленки, шубы, куртки... без этого бы раздробило ребра и порвало бы внутренние органы... у меня так отец в аварии погиб от удара рулем. Водитель волочил четверых наших метров метров семь. Причем волочил по тротуару, включая двух степенных женщин, немолодого мужчину. Все уважаемые люди. На тротуаре пешеход в любом случае имеет приоритет. Прибыла ГИБДД, констатировала, что это не просто нарушение ПДД, а сознательный наезд и уголовное преступление.

Мне не первый раз за последний год с марта приходится тормозить собой технику - "Камазы", трактора, бульдозеры, танки геологов. Но здесь впервые было столкновение с машиной. Я едва успел уйти от прямого удара, но у тех, кто был за мной в двух метрах, шансов не было. Стуча в дверь кабины, довольно легко было схлопотать монтировкой. Такой здоровенный лом, сантиметров 45 и толщиной сантиметра полтора-два. Водила замахивается, кричит, что проломит череп, а я с ужасом осознаю, что он не тормозит, а люди на ковше, ору на него. Краем взгляда вижу, что человек заваливается в ковш. Бошка важно, а надо чтобы остановился.

В нашу сторону побежал человек в форме. У водилы вдруг включился мозг, одно дело переть через толпу, другое дело давить еще и полицию. Вот все говорят, полиция-полиция. А у нас замечательная полиция, и хорошие участковые. Эксперты, конечно, нас утром поморозили ожиданием четыре часа, но люди в свой выходной приехали. Мы дождались. А мортоновские подрядчики поняли, что улики надо вывезти, а то их в очередной раз на поллимона оштрафуют и запаниковали. Их уже много раз штрафовали. В этот раз они срубили сосну... 70-80 см. в диаметре... Зачем???

Остаток дня писали объяснения. Убили кучу времени. Но как тут быть? Подобное спускать нельзя. В общем, у "Мортона" по плану еще несколько деревьев и постройка котельной на участке, где ее быть не может в принципе. К вечеру пришел домой с пониманием, что еще один рабочий плодотворный день у меня украли. Фактически у нас человек 20 минимум тратят все рабочее время на ликвидацию проделок "Мортона", такое ощущение будто мы все давно штатные сотрудники этой фирмы. Только Ручьев нас кидает на зарплату.

В общем, бульдозер "Коперпиллер" мощная штука. Ни хухры-мухры. С огромными стволами и бетонными блоками умеет обращаться так, будто это котята. Сильная штука. Холмы срезает... Хорошая техника.

Мы живы, здоровы, и это так радостно.

И еще история. "Мортон" попытался срубить сосну тайно, в ночь, в праздник... Мы так уже пару раз прохлопали деревья от утреннего вероломства. Но вчера одна из активных защитниц рощи была в Донском монастыре и случайно увидела там икону Всевидящее око. И она купила иконку, привезла, в 2 ночи повесила на стену... А в 5-30 проснулась от того, что "Мортон" пилил сосну. И разбудила остальных. Чудеса случаются. И надо очень молиться, ибо что все живы и здоровы - это чудо. А водила... он кажется осознал глупость, раскаялся. Очень грустно, когда в очередной раз маленький человек идет на поводу системы и попадает в неприятности. От того, что "Мортон" каждый раз штрафуют на фантастические суммы в душе грустно. А что кто-то может оказаться за решеткой, вообще. Ведь эти деньги можно на созидательные усилия бросить, на красоту - на парк, а не государству... А человеку семью кормить надо, у него есть любимые, родители, дети... Молодой менеджер, охранник с Владимирщины, чиновник с Балашихи или пожилой водитель с Тамбовщины - это ж обычные люди. Адвокаты "Мортона" их, вероятно, отмажут и тоже за хорошие деньги, но хочется жить по-доброму, в мире, согласии, думать совместно.

Защитники рощи, мои соседи, - это настоящие бесстрашные герои. И этот случай вновь доказывает, что храбрость бывает для чего-то нужна. Чувствуешь себя перед бульдозером, будто танк прет... огромная махина. Хорошо, что все обошлось. Впредь все будем умнее.

А про деньги. Денег, потраченных на штрафы, хватило бы, чтобы благоустроить как Кучинскую березовую рощи, так и парк возле Пехорки по высшему разряду. Что реконструировать городскую котельную. И это лишний раз доказывает, что надо жить дружно, в диалоге и согласии с общиной, а не в борьбе за свой устав в чужом монастыре.
Анатолий Баташев

Бульдозер протаранил 5 защитников Кучинской березовой рощи в подмосковном Железнодорожном

4 января, в 11 утра бульдозер, выезжавший со строительной площадки фирмы «Мортон» в Северном Кучино протаранил группу жителей микрорайона, заблокировавших выезд со стройплощадки. Бульдозерист на небольшой скорости въехал в группу жителей (3 мужчин и 2 женщины), причем четверых людей протащил на ковше около 7 метров. По счастливой случайности жертв и травм удалось избежать.

Как это было. Полиция еще утром попросила технику «Мортон» не уезжать с площадки и не увозить вещественные доказательства порубки до приезда следователей и экспертов. Поэтому когда охрана открыла ворота, жители встали напротив бульдозера. Бульдозер уверенно поехал на толпу, держа массивный ковш с зубьями на уровне выше метра двадцати, т.е. живота и ребер. Когда он уперся в меня (чувствуешь себя прямо защитником Белого дома во время путча), я отошел по зубьям ковша вбок и увидел, что ковшом тащит еще четверых активистов. Я подбежал к кабине, стал стучать, из двери высунулся водитель, замахнулся монтировкой, тем не менее, через несколько метров он остановился. Все это происходило на глазах находившегося поблизости сотрудника полиции, который также бросился в сторону ЧП, и свидетелей.

На месте ДТП сейчас работают сотрудники полиции и ГИБДД Балашихи и Железнодорожного. За рулем бульдозера находился гражданин России. Его действия квалифицируются как умышленный наезд и угроза жизни и здоровью.

Конфликт начался с того, что примерно в 5-30 утра на участке, огороженном фирмой «Мортон», была спилена вековая сосна и две березы. Жители соседних домов заметили порубку, прибежали, вызвали полицию и экспертов. Тем не менее, рабочие «Мортон» погрузили спиленную реликтовую сосну и предприняли попытку вывезти доказательства порубки с территории. Чтобы не допустить этого, жители заблокировали выезд со стройплощадки, находясь на пешеходном тротуаре. Помимо факта порубки жителей возмутило, что порубочный билет был выдан на удаление сухостоя, а рубили живые деревья. А в числе лиц, подписавших порубочный билет, была начальница отдела экологии и природопользования г. Балашиха Татьяна Садыкова. Ее увольнения губернатор Сергей Шойгу неоднократно требовал у главы Балашихи Владимира Самоделова. Поскольку В.Г. Самоделов не спешил выполнить обещание об увольнении сотрудников отдела, предоставивших подложные порубочные билеты, то вскоре сам лишился своей должности. Тем не менее, лица ответственные за сомнительную выдачу порубочных билетов во главе с г-жой Т.А.Садыковой работают в администрации Балашихи до сих пор.

Для тех, кто не знает подоплеку и предысторию.

Конфликт фирмы «Мортон» и жителей Северного Кучино идет с 2010 года, когда компания снесла недостроенную школу в г. Железнодорожный (на 800 детишек, при острой нехватке школ в округе) и начала на ее месте возводить 17-ти этажные панельные дома. Строительство сопровождалось уничтожением сотен деревьев. А в 2012 г. развернулось противостояние на прилегающем земельном участке, но уже на территории г. Балашиха, где «Мортон» планировал вырубить березовую рощу, которую местные школьники в 1946-1948 гг. высадили в память героев-летчиков, погибших в Великую отечественную войну. Причем роща была отмечена на генплане города Балашиха как парковая зона. 28 марта произошла вырубка под видом сухостоя 160 берез, которую жителям удалось остановить. По факту порубки возбуждено уголовное дело. Далее в течение трех месяцев в роще действовал круглосуточный лагерь защитников рощи, в дежурствах приняли участие сотни активистов. Прошло несколько больших митингов и пикетов. 6 июня 2012 г., на 70 день противостояния в Кучинскую березовую рощу приехал губернатор Московской области С.К. Шойгу, который встретился с активистами. Губернатор распорядился незаконное строительство прекратить, возродить парк, высадить деревья взамен утраченных, создать памятник героям-летчикам. А обсудил с главой Балашихи целесообразность увольнения лиц, ответственных за выдачу мошеннического разрешения на порубку берез под видом сухостоя. В настоящее время предприняты меры по созданию парка, высажены деревья. Однако неизвестно, остался ли вопрос увольнения лиц на контроле в аппарате нового губернатора Андрея Воробьева.

Тем не менее, выяснилось, что уже построенные многоэтажки «Мортон» в г. Железнодорожный в Северном Кучино не обеспечены инфраструктурно. «Мортон» отказался покупать тепло и горячее водоснабжение от городской котельной (хотя через лес в природоохранной зоне уже были протянуты трубы), считая, что строительство собственной котельной им обойдется дешевле. Для этих целей компания завладела соседним дачным участком покойного Ерешко (где домовладение было сожжено несколько лет назад) и без предъявления разрешительных документов приступило там к уничтожению вековых сосен и строительству котельной.